Основы культурно-исторического единства Евразии

Автор: | 19.05.2018

«Свет Утренней Звезды», № 3(111) от 25 декабря 2017 г.                        

К 115-летию со дня рождения Ю.Н. Рериха.   

Н.К. Рерих в очерке «Печать века» говорит об удивительном сходстве некоторых черт жизни человека в самых отдаленных частях планеты, об «особой печати каждого века», начиная с древнейшего периода. Словно люди и каменного века, и бронзового, и средних веков, и эпохи Возрождения в Азии, Европе, Африке, Америке «мыслили одним путем, ибо иначе они не смогли бы сложить те же самые формы и применить ту же технику во всех ее особенностях» [1].

Особенно ярко черты сходства в культуре разных стран проявляются на Евразийском континенте.

Юрий Николаевич Рерих

Тема великих переселений народов Евразийского континента занимает центральное место в научных исследованиях Юрия Николаевича Рериха, выдающегося ориенталиста, одного из основоположников номадистики. Проблематике Великого переселения народов он посвятил такие работы как «Звериный стиль у кочевников Северного Тибета», «Буддизм и культурное единство Азии», «По тропам срединной Азии», «История Средней Азии», который представляет собой обзор политической и культурной истории Средней Азии с древнейших времен. Причем под термином «Средняя Азия» Юрий Николаевич понимал совокупность обширных областей, простирающихся от Карпат на западе до Большого Хингана на востоке и от Гималаев на юге до Алтая на севере.

Большое значение для понимания процессов, лежащих в основе Великого переселения народов имело и изучение древнего героического эпоса кочевников Средней Азии, особенно значима его «Гэсериада».

Но посмотрим на подобные процессы V – IV тысячелетия до нашей эры, когда, как считается, на просторах Евразии был один индоевропейский народ. Часть ученых предполагает, что прародиной индоевропейцев была территория Северного Причерноморья в междуречье Днепра и Волги, а сами они представляли собой полукочевое население степных районов современных востока Украины и юга России, жившее в этих местах в V–IV тыс. до н.э.

В дальнейшем в связи с переходом этих племен к бронзовому веку и приручением лошади начались интенсивные миграции индоевропейских племен в различных направлениях.

Современные исследователи на основе изучения ДНК хромосом, особой метки в них, по которой можно определить не только родство народов, но время их возникновения в результате мутаций генов, считают, что предки индоевропейцев появились на юге Сибири около двадцати тысяч лет назад, оттуда пришли в Европу через Иранское нагорье, попали на Балканы, потом на территорию Русской равнины. Продолжив путь на Восток, достигли Индостана около 3,5 тыс. лет назад, оттуда повернули в Иран, на Ближний Восток, в Сирию, Малую Азию.

«В таких переселениях накапливалась энергия дальнейшего эволюционного продвижения человечества. За несколько тысячелетий до нашей эры разлилась по огромным просторам Азии и Европы новая индоевропейская общность народов», – писала Л.В. Шапошникова в книге «Веления Космоса» [2, с. 42].

На этом фоне глобального медленного движения народов идет постоянный обмен и торговля на путях их переселения, а следовательно и обмен культурными ценностями, и не только материальными.

Завоевательные походы Александра Македонского значительно расширили познания Запада и Востока друг о друге, создав предпосылки для установления торговых связей. С 121 года до н.э. Китай начал экспортировать шелк и другие товары, обменивая их на нефрит, жадеит из копей Хотана и Яркенда, породистых арабских скакунов, экзотических животных. Так возник знаменитый Шелковый путь.

С I века н.э. установился морской торговый путь между Европой и Китаем. В сложный для торговли период VIII – X веков вместо шелкового стали использоваться речные пути и волоки Восточно-Европейской равнины, Волжский торговый путь, что привело к формированию государственных образований, таких как Волжская Булгария, Хазарский каганат.

К XV веку шелковый путь из-за военных конфликтов в Средней Азии пришел в упадок, и только в наше время он начинает возрождаться.

Другой этап, или даже виток спирали, развития взаимообмена культурными накоплениями народов Евразии ярко проявился в средневековье. В эти века на так называемой евразийской оси истории (это примерно на широте 50-й параллели), где почти сплошной полосой протянулись степи от Карпат на западе до Большого Хингана на востоке, пролегали пути кочевых культур скифов, хуннов, тюрок и монголов.

«Кочевники ворвались на евразийские просторы, когда древние цивилизации оседлых земледельцев уже умирали. Как океанские валы, прокатились они по Планете, неся в себе энергетику, напитавшую затем бесчисленные поколения различных народов» [2, с. 43].

Эти сменявшие друг друга кочевые культуры Юрий Николаевич Рерих рассматривал как предмет специальной отрасли востоковедения – номадистики, науки о кочевниках, фактически явившись ее основателем. «Степному поясу Центральной Азии с его речными оазисами, – пишет он, – было предопределено стать каналом культурных влияний, идущих из Индии, Ирана и Китая. Этот перекресток различных культур создал уникальную и красочную смешанную культуру, основа которой по большей части — индийская» [3, с. 7].

Юрий Николаевич Рерих как ученый-исследователь с необычайно широким кругозором в значительной степени сформировался во время замечательной научно-художественной Центрально-Азиатской экспедиции Н.К. Рериха. Пройденный Рерихами маршрут пролегал по путям древних миграций, когда-то сыгравших свою великую роль в культурном взаимодействии Востока и Запада.

На своем пути Рерихи изучали не только следы древних кочевников и памятники материальной культуры; более всего их интересовала именно преемственность традиций самых разных народов, сходство их преданий, ритуалов и обычаев. Знакомясь с особенностями национальных культур, они всегда искали то общее, что связывало бы их в одно целое, – единую общечеловеческую культуру. Проблема «Восток – Запад», веками интересовавшая ученых и мыслителей, решалась Рерихами не путем противоположения или умаления одной из сторон, а с позиции синтеза, провозглашающего единство духа в многообразии вековых накоплений и культурных традиций.

«Кочевниковедению – этой новой отрасли восточной археологии – надлежит в будущем восстановить картину кочевого мира, этого звена между культурами Древнего Китая, Индии и бассейна Средиземного моря», – отмечает Ю.Н. Рерих [4]. При этом он обращает особое внимание на роль Индии, на ее духовное влияние в этом культурном взаимодействии.

«На протяжении примерно тысячи двухсот лет влияние индийского искусства и философии главенствовало в Центральной Азии. Теперь мы знаем, что это влияние было, главным образом, буддийским. Благодаря своей общечеловеческой направленности буддизм был способен преодолеть национальные границы. По буддийским каналам в Центральной Азии стали известны индийские светские науки: астрономия, медицина, драматические произведения, поэзия и грамматика; они были восприняты народами, живущими от степей юга России до берегов Тихого океана» [3, с. 7]. Культурное влияние Индии Ю.Н. Рерих изучает во взаимосвязи с культурами стран, куда оно проникало, выявляя при этом саму сущность этих влияний. В статье «Культурное единство Азии» ученый пишет: «Именно буддизм с самого своего возникновения перешагнул национальные и политические преграды и первым стал проповедовать единство человечества независимо от национальности. Во многих странах, куда в свое время проник буддизм, он уступил место другим религиям, и само имя его было забыто, но его культурное наследие сохранилось, хотя зачастую и в новом облачении. <…> Повсюду, куда бы ни проникал буддизм, он формировал духовную жизнь и характер народа, обогащал его литературу и искусство и давал ему определенное единство воззрений, что, вероятно, является одним из его величайших достижений» [5, с. 20].

С буддизмом Ю.Н. Рерих связывает сложение культурной общности, охватившей большую часть Азии. Раскрытие Юрием Николаевичем глубинных следов индийско-буддийской духовной традиции, которые выразились в ее культуротворческом влиянии, явлениях культурного синтеза, является чрезвычайно важным для понимания роли Индии в культурном взаимодействии народов эпохи Великого переселения, а также значения этих выявлений индийской культуры для последующих периодов.

Юрий Николаевич отмечает, что, «родившись в Индии, буддизм начал свое движение за ее пределами несколькими мощными потоками, охватившими большую часть Азии. Один из них преодолел могучие горные преграды Гиндукуша и Гималаев, а другой последовал морским путем в Юго-Восточную Азию, где до сих пор буддизм занимает прочное и авторитетное положение. Третий поток нес его послание странам Ближнего Востока и средиземноморского бассейна, где он пришел в соприкосновение с культурной элитой древнего мира и где его влияние можно проследить в гностических учениях. <…> Санскрит стал языком культуры в Центральной Азии и ускорил формирование и развитие местных литературных языков, на которые была переведена значительная часть буддийского канона. Возникли и расцвели важные местные культурные центры, достаточно вспомнить Хотан на юге Таримского бассейна и Кучу на севере» [5, с. 20 – 21].

В своих ярких работах «Культурное единство Азии», «Индия в долгу перед буддизмом», «Буддизм и культурное единство Азии», «Приход буддизма в Тибет» и других Юрий Николаевич подробно, но вместе с тем очень кратко, описывает пути, время и следствия прихода буддизма в те или иные точки пространства Евразии. При этом он оживляет описание интересными фактами, судьбами отдельных людей, упоминанием выдающихся памятников культуры. Это и Бамиам в Афганистане, Дуньхуан на границе Восточного Туркестана и провинции Ганьсу в Северо-Западном Китае, храм Хорюдзи в Японии, первый буддийский монастырь в Монголии Эрдени-Дзу, развалины Боробудура на острове Ява.

Отмечает Юрий Николаевич тот факт, что в дальнейшем распространении Учения Будды самое активное участие принимали проповедники всех стран, куда оно приходило. «Это были многонациональные усилия почти всеазиатского масштаба», – пишет он [5, с. 22].

В конечном итоге «в столетия, предшествовавшие приходу ислама (в VIII – IX вв. – в западную часть Центральной Азии, в X – XIV вв. — в восточную часть), существовал непрерывный пояс буддийских культур от берегов Аральского моря на западе до Тихого океана на востоке. Такой культурный пояс не мог не способствовать утверждению идеала культурного единства» [5, с. 21].

Русский ученый-космист Владимир Иванович Вернадский писал: «Примерно за две с половиной тысячи лет назад «одновременно» (в порядке веков) произошло глубокое движение мысли в области религиозной, художественной и философской в разных культурных центрах: в Иране, в Китае, в арийской Индии, в эллинском Средиземноморье (теперешней Италии). Появились творцы религиозных систем – Зороастр, Пифагор, Конфуций, Будда, Лао-Цзы, Махавира, которые охватили своим влиянием, живым до сих пор, миллионы людей» [6].

О подобном резком подъеме духовной и научной мысли говорит и Л.В. Шапошникова в книге «Веления Космоса»: «XX век, который, как и его далекий предшественник VI в. до н.э., вплотную подошел к эволюционным и историческим изменениям и дал Планете целую плеяду гениальных ученых, совершивших известный нам научный “взрыв” и создавших новую картину Вселенной. Этот процесс сопровождался появлением философов и религиозных мыслителей, вышедших из глубин русского Серебряного века. Именно через энергетику таких личностей человечество на границе новой эпохи реализует духовно-культурные задачи эволюции и исторического процесса» [7, с. 42].

Как напутствие грядущим поколениям звучит мысль Юрия Николаевича: «В поисках единства нам не следует забывать уроки прошлого, но, напротив, следует тщательно оберегать остатки былого единства и везде, где возможно, разжигать заново священный огонь культурного единения, культурного обмена, который когда-то принес человечеству благие плоды и которого так недостает нашему современному миру» [5, с. 27].

В какой-то мере этот «священный огонь культурного единения» стран Евразии начинает «разжигаться» в наше время. Это основанная в 2001 году международная Шанхайская организация сотрудничества (ШОС), на первом этапе включавшая Китай, Россию, Казахстан, Таджикистан, Киргизию и Узбекистан. С 1 января 2004 года она начала функционировать как полноценная международная структура, обладающая собственными рабочими механизмами, персоналом и бюджетом.

С 2017 года полноправными членами ШОС стали Индия и Пакистан. Кроме того, эта структура включает 4 государства-наблюдателя, 2 кандидата в государства-наблюдателя и 6 государств со статусом «партнер по диалогу», объединяя таким образом на территории Евразии больше половины населения всей планеты.

Какие общекультурные ценности могли способствовать этому и дальнейшему, более глубокому, единению столь различающихся между собой этнически, конфессионально, экономически и т.д. народов Евразии?

Этот вопрос рассмотрен в докладе научного сотрудника ОНЦКМ МЦР Л.А. Кожемякиной «Базовые евразийские общекультурные ценности», прозвучавшем в октябре 2017 г. на международной научно-общественной конференции «Мы любовью Родины богаты». Лариса Анатольевна выделила двенадцать евразийских общекультурных ценностей:

– Приоритет духовного над материальным, духовно – нравственных устоев над материальным благополучием;

– Соборность, духовная общность людей вне зависимости от их религиозной принадлежности, базирующаяся на братской любви и взаимопомощи;

– Всечеловечность, то есть признание ценности и уникальность культуры каждой национальности;

– Общеевразийский патриотизм;

– Братство народов;

– Здоровый национализм, проявляющийся в национальном самосознании народов без противопоставления, враждебности к другим народностям;

– Принцип единства в многообразии;

– Консолидирующая и синтезирующая роль русской культуры и русского языка;

– Общинность или кооперация;

– Коллективизм;

– Природа, бережное к ней отношение;

– Вольная самоорганизация – способность личности, народа к самоопределению, к свободному волеизъявлению.

Названные «базовые евразийские общекультурные ценности – это исторически сложившиеся общечеловеческие ценности, способствующие консолидации людей в поле культурного пространства Евразии, в поле диалога культур и мировоззрений», – подводит итог в своем докладе Л.А. Кожемякина. Когда и как будет реализована эта консолидация в значительной степени зависит от свободной воли людей, направляющей их в согласии с Высшей Волей или же противодействуя Ей.

«Перемещение народов шло под действием космического магнита, и теперь все передвижения идут под этим законом. У великого закона столько действующих магнитов! И куда повернется стрелка, указующая направление, туда направится устремленный дух. Вечное движение и перемещение точно устанавливают действующую магнитную силу» [8].

 

Н.Н. Величко, г. Новокузнецк

Примечания:

  1. Рерих Н.К. Печать века. [Электронный ресурс]: http://www.magister.msk.ru/library/roerich/roer271.htm
  1. Шапошникова Л.В. Веления космоса. М.: МЦР, 1995.
  2. Рерих Ю.Н. Индия в долгу перед буддизмом // Буддизм и культурное единство Азии. М.: МЦР, 2002.
  1. Рерих Ю.Н. Звериный стиль у кочевников Северного Тибета. [Электронный ресурс]: http://www.lomonosov.org/article/zverinnii_stil_u_kochevnikov_tibeta.htm
  1. Рерих Ю.Н. Культурное единство Азии // Тибет и Центральная Азия. Самара, «Агни», 1999.
  2. Вернадский В.И. Научная мысль как планетное явление. [Электронный ресурс]: file:///C:/Temp/Временная%20папка%204%20для%2032040-html.zip/32040.html
  3. Шапошникова Л.В. Веления космоса. М.: МЦР, 1995.
  1. Беспредельность, 162.

 

 

(Visited 38 times, 1 visits today)

Добавить комментарий